Хольфильцен
Nunquam serium
"— Мне кажется, жизнь для тебя так трудна, потому что ты считаешь, что есть хорошие люди и есть плохие люди, — пояснил патриций. — Но ты, разумеется, заблуждаешься. Есть, всегда и только, плохие люди, ОДНАКО НЕКОТОРЫЕ ИЗ НИХ ИГРАЮТ ДРУГ ПРОТИВ ДРУГА."
патриций Хэвлок Витинари

Аркадий Тимофеевич Аверченко
«Слепцы»
Посвящается А.Я. Садовской

I
Королевский сад в эту пору дня был открыт, и молодой писатель Ave беспрепятственно вошел туда. Побродив немного по песчаным дорожкам, он лениво опустился на скамью, на которой уже сидел пожилой господин с приветливым лицом.
Пожилой приветливый господин обернулся к Ave и после некоторого колебания спросил:
- Кто вы такой?
- Я? Ave. Писатель.
- Хорошая профессия, - одобрительно улыбнулся незнакомец. - Интересная и почетная.
- А вы кто? - спросил простодушный Ave.
- Я-то? Да король.
- Этой страны?
- Конечно. А то какой же...
В свою очередь Ave сказал не менее благожелательно:
- Тоже хорошая профессия. Интересная и почетная.
- Ох, и не говорите, - вздохнул король. - Почетная-то она почетная, но интересного в ней ничего нет. Нужно вам сказать, молодой человек, королевствование не такой мед, как многие думают.
Ave всплеснул руками и изумленно вскричал:
- Это даже удивительно! Я не встречал ни одного человека, который был бы доволен своей судьбой.
- А вы довольны? - иронически прищурился король.
- Не совсем. Иногда какой-нибудь критик так выругает, что плакать хочется.
- Вот видите! Для вас существует не более десятка-другого критиков, а у меня критиков миллионы.
- Я бы на вашем месте не боялся никакой критики, - возразил задумчиво Ave и, качнув головой, добавил с осанкой видавшего виды опытного короля, - вся штука в том, чтобы сочинять хорошие законы.
Король махнул рукой.
- Ничего нe выйдет! Все равно никакого толку.
- Пробовали?
- Пробовал.
- Я бы на вашем месте...
- Э, на моем месте! - нервно вскричал старый король. - Я знал многих королей, которые были сносными писателями, но я не знаю ни одного писателя, который был хотя бы третьесортным, последнего разряда, королем. На моем месте... Посадил бы я вас на недельку, посмотрел бы, что из вас выйдет...
- Куда... посадили бы? - осторожно спросил обстоятельный Ave.
- На свое место!
- А! На свое место... Разве это возможно?
- Отчего же! Хотя бы для того это нужно сделать, чтобы нам, королям, поменьше завидовали... чтобы поменьше и потолковее критиковали нас, королей!
Ave скромно сказал:
- Ну, что ж... Я, пожалуй, попробую. Только должен предупредить: мне это случается делать впервые, и если я с непривычки покажусь вам немного... гм... смешным - не осуждайте меня.
- Ничего, - добродушно улыбнулся король. - Не думаю, чтобы за неделю вы наделали особенно много глупостей... Итак - хотите?
- Попробую. Кстати, у меня есть в голове один небольшой, но очень симпатичный закон. Сегодня бы его можно и обнародовать.
- С Богом! - кивнул головой король. - Пойдемте во дворец. А для меня, кстати, это будет неделькой отдыха. Какой же это закон? Не секрет?
- Сегодня, проходя по улице, я видел слепого старика... Он шел, ощупывая руками и палкой дома, и ежеминутно рисковал попасть под колеса экипажей. И никому не было до него дела... Я хотел бы издать закон, по которому в слепых прохожих должна принимать участие городская полиция. Полисмен, заметив идущего слепца, обязан взять его за руки и заботливо проводить до дому, охраняя от экипажей, ям и рытвин. Нравится вам мой закон?
- Вы добрый парень, - устало улыбнулся король. - Да поможет вам Бог. А я пойду спать. - И, уходя, загадочно добавил: - Бедные слепцы...

II
Уже три дня королевствовал скромный писатель Ave. Нужно отдать ему справедливость - он не пользовался своей властью и преимуществом своего положения. Всякий другой человек на его месте засадил бы критиков и других писателей в тюрьму, а народонаселение обязал бы покупать только свои книги - и не менее одной книги в день, на каждую душу, вместо утренних булок.
Ave поборол соблазн издать такой закон. Дебютировал он, как и обещал королю, "законом о провожании полисменами слепцов и об охранении сих последних от разрушительного действия внешних сил, как-то: экипажи, лошади, ямы и проч.".
Однажды (это было на четвертый день утром) Ave стоял в своем королевском кабинете у окна и рассеянно смотрел на улицу.
Неожиданно внимание его было привлечено страшным зрелищем: два полисмена тащили за шиворот прохожего, а третий пинками ноги подгонял его сзади.
С юношеским проворством выбежал Ave из кабинета, слетел с лестницы и через минуту очутился на улице.
- Куда вы его тащите? За что бьете? Что сделал этот человек? Скольких человек он убил?
- Ничего он не сделал, - отвечал полисмен.
- За что же вы его и куда гоните?
- Да ведь он, ваша милость, слепой. Мы его по закону в участок и волокем.
- По за-ко-ну? Неужели есть такой закон?
- А как же! Три дня тому назад обнародован и вступил в силу.
Ave, потрясенный, схватился за голову и взвизгнул:
- Мой закон?!
Сзади какой-то солидный прохожий пробормотал проклятие и сказал:
- Ну и законы нынче издаются! О чем они только думают? Чего хотят?
- Да уж, - поддержал другой голос, - умный закончик: "Всякого замеченного на улице слепца хватать за шиворот и тащить в участок, награждая по дороге пинками и колотушками". Очень умно! Чрезвычайно добросердечно!! Изумительная заботливость!!
Как вихрь, влетел Ave в свой королевский кабинет и крикнул:
- Министра сюда! Разыщите его и сейчас же пригласите в кабинет!! Я должен сам расследовать дело!

III
По расследовании, загадочный случай с законом "Об охране слепцов от внешних сил" разъяснился.
Дело обстояло так.
В первый день своего королевствования Ave призвал министра и сказал ему:
- Нужно издать закон "о заботливом отношении полисменов к прохожим слепцам, о провожании их домой и об охране сих последних от разрушительного действия внешних сил, как-то: экипажи, лошади, ямы и проч.".
Министр поклонился и вышел. Сейчас же вызвал к себе начальника города и сказал ему:
- Объявите закон: не допускать слепцов ходить по улицам без провожатых, а если таковых нет, то заменять их полисменами, на обязанности которых должна лежать доставка по месту назначения.
Выйдя от министра, начальник города пригласил к себе начальника полиции и распорядился:
- Там слепцы по городу, говорят, ходят без провожатых. Этого не допускать! Пусть ваши полисмены берут одиноких слепцов за руку и ведут куда надо.
- Слушаю-с.
Начальник полиции созвал в тот же день начальников частей и сказал им:
- Вот что, господа. Нам сообщили о новом законе, по которому всякий слепец, замеченный в шатании по улице без провожатого, забирается полицией и доставляется куда следует. Поняли?
- Так точно, господин начальник!
Начальники частей разъехались по своим местам и, созвав полицейских сержантов, сказали:
- Господа! Разъясните полисменам новый закон: "Всякого слепца, который шатается без толку по улице, мешая экипажному и пешему движению, - хватать и тащить куда следует".
- Что значит "куда следует"? - спрашивали потом сержанты друг у друга.
- Вероятно, в участок. На высидку... Куда ж еще...
- Наверно, так.
- Ребята! - говорили сержанты, обходя полисменов. - Если вами будут замечены слепцы, бродящие по улицам, хватайте этих каналий за шиворот и волоките в участок!
- А если они не захотят идти в участок?
- Как не захотят? Пара хороших подзатыльников, затрещина, крепкий пинок сзади - небось побегут!..
Выяснив дело "Об охране слепцов от внешних влияний", Ave сел за свой роскошный королевский стол и заплакал.
Чья-то рука ласково легла ему на голову.
- Ну, что? Не сказал ли я, узнав впервые о законе "охранения слепцов" - "бедные слепцы!". Видите! Во всей этой истории бедные слепцы проиграли, а я выиграл.
- Что вы выиграли? - спросил Ave, отыскивая свою шапку.
- Да как же? Одним моим критиком меньше. Прощайте, милый. Если еще вздумаете провести какую-нибудь реформу - заходите.
"Дожидайся!" - подумал Ave и, перепрыгивая через десять ступенек роскошной королевской лестницы, убежал.

poesias.ru/proza/averchenko-arkadiy/averchenko1...

"Мы — единственные, кто знает, как заставить мир крутиться. Видишь ли, единственное, что хорошо получается у хороших людей, — это ниспровергать плохих. Нельзя не признать, в этом вы специалисты. Сегодня звонят во все колокола и сбрасывают с трона злого тирана, а назавтра кто-то уже сидит и жалуется, что теперь, после того как сбросили тирана, никто не выносит мусор. Потому что плохие люди умеют ПЛАНИРОВАТЬ. Это, можно сказать, неотъемлемое их свойство. У любого злого тирана есть план, как управлять миром. А хорошим людям, похоже, этим мастерством никогда не овладеть." патриций Хэвлок Витинари

"Грязь по всей стране. Нет человека, одеяние которого было бы белым в это время. Воистину: земля перевернулась, подобно гончарному кругу. Разбойник [стал] владельцем богатств: [богач] [превратился] в грабителя. Воистину: сильные (?) сердцем [стали подобны] птицам [из-за страха]." Речения Ипувера. XVIII век до н.э.

@темы: Юмор, Мысли